|
|

Между Пастернаком и окситоцином. Между коллективизмом и индивидуализацией.

January  2020 / 22 No Comments

Быть знаменитым некрасиво.
Не это подымает ввысь.
Не надо заводить архива,
Над рукописями трястись.
Цель творчества самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех.

При всей любви к творчеству Пастернака, данный стихотворческий образец кажется довольно неудачным и невольно относит к более раннему произведению коллеги по цеху «Крошка сын к отцу пришел». Кроме прочих причин, я не люблю морализирующая поэзию за ее беспомощность перед сложностью человеческой природы, в данном случае перед врожденной потребностью человеческого существа быть замеченным и социально признанным. Но об этом чуть позже. А пока по следам приватных разговоров в моем кабинете, немного поразмышляю публично о культурно-историческом моменте, который оказывает прямое влияние на момент психологический.

Каждый, родившийся на советском и постсоветском пространстве хорошенько пропитан идеей «быть знаменитым некрасиво». Данный национальный фольклор отсылает к скромности как добродетели и отражает в себе, по меньшей мере, две ключевые ценности:
1) ценность коллективизма и, связанную с ней 2) ценность безопасности, достигаемую за счет слияния с обществом («быть незаметным безопасно», перефразируя Бориса Леонидовича, что было крайне правдиво для времени и общества,в котором он жил).

«Быть знаменитым некрасиво» – традиционная коммунистическая концепция позволяющая быть
а) в наибольшей безопасности,
б) быть одобренным и принятым обществом, что по сути обеспечивает пункт «а».

Идея некрасивости и небезопасности успеха, передаваемая от наших прародителей нашим родителям, а от них – нам, имеет исторические корни и идет в очевидный разрез с ценностями индивидуализма, свободы самовыражения и социальной смелости, характерных современному западному обществу.
Т.е. мы видим явное различие в ценностях «там и тогда» (воспринимаемых нами как традиционные) и «здесь и теперь» (воспринимаемые нами как передовые). В общем-то вечный конфликт отцов и детей, который на индивидульном уровне часто является причиной сильных внутренних сомнений и противоречивых чувств.
Где же правда? Отвечу косвенно.
Когда в обществе удовлетворена потребность в безопасности, то можно переходить на новый этап развития – проявить себя во вне. Это схоже с индивидуальным развитием ребенка. На первом этапе формируется базовое доверие, которое в дальнейшем позволяет ребенку проявлять любопытство к миру, проявляться в своих желаниях, активно действовать – в конечном счете, быть заметным и замеченным. Быть не замеченным важно тогда, когда это опасно.

Сначала удовлетворение потребности в безопасности, а лишь потом – в признании и самоактуализации (как по Маслоу).
В разных обществах своя «правда». Умеем ли мы видеть ситуацию реалистично, а не глазами бабушек и дедушек там и тогда? В какой степени мы в действительности сепарированы? Или проблема безопасности также актуально сейчас, как была тогда?

Теперь к следующей строфе. «Цель творчества самоотдача, а не шумиха, не успех». Здесь поэт противоставляет категории, которые в действительности не являются противоположными. Эти категории о разном. Резонно задаться вопросами. Например: что есть «шумиха» и что есть «успех»? Насколько важно содержание шумихи или «опасна» сама форма? Может ли успех быть тихим? Может ли самоотдача быть успехом? Какие личные (биографические) причины делают в глазах поэта шумиху злом, а самоотдачу – добром? И что в конечном счете мы самоотдаем? Где критерии добродельности продукта самоотдачи?
Оставим риторику и акцентируем три важных психологических момента.
1. «Шумиха» есть проявление внимания. А привлечение внимание – условие выживания. Без внимания человеческий детёныш не выживет. А взрослый без «поглаживаний», если и не умирает физически, то чахнет эмоционально (и это не невроз – это наша природа).
2. Социальное признание в конечном счете похвала и мощное «поглаживание», кроме прочего, вызывает выброс окситоцина – гармона любви (тоже природное и базово важное). Крайне просто и крайне желаемо нашему мозгу.
3. За желанием привлечь внимание не всегда стоит великий и ужасный замученный в суе нарциссизм, часто – нормальная человечкая потребность.
Таким образом, аморальным, как часто случается, становится важное и природное.

Мораль сей басни такова (и вполне сойдет за тост):
Разрешим же себе получать внимание без чувства стыда и вины, но с благодарностью. Тем более, что психика все равно найдет, как это внимание получить, если не прямым, то окольным путем (часто не самым лучшем для нас самих). Позволим интегрировать в себе и творческую созидательную, и трудолюбивую, и нужнающуюся во внимании и любви части. Разрешим себе по-детски радоваться «лайкам» и успеху в том понимании, какой вы ему сами придаете ему. И скажем своему внутреннему Родителю, реальному родителю и обществу как сверху-Родителю: быть знаменитым можно. А быть знаменитым красиво – вообще прекрасно. Или даже чуть провокационно: скромность – достоинство тогда, когда нет других достоинств.
#psy



Comments are closed.